Сайт номер один в Интернете о Воронеже

Коммерческий суперпроект

 
Купить это рекламное место...

Площади, улицы и переулки Воронежа

  /

Улица Карла Маркса (Старо-Московская)

(Д. К.)



Одна из самых лучших и красивейших улиц Центрального района. Пролегая и через уютные заповедные уголки, и через шумные перекрестки, на всем протяжении она то и дело меняет свой облик. Улицу Каменного моста, улицу храмов и старых особняков, улицу цветущих бульваров, улицу контрастов, сюрпризов, ярких впечатлений считают своей любимой улицей многие горожане, особенно те, что живут в центре города.

Встарь улица росла, удлинялась вслед за расширявшимся Воронежем, и поэтому, пройдя по ней, можно проследить за историческими этапами городской застройки. Нам встретятся здания, построенные в различных столетиях и выполненные в самых разнообразных стилях. Увлекательны и подробности прошлого общественного городского быта, и, конечно, топонимия улицы...

Будем изучать в отдельности каждый особенный участок улицы. Начнем путешествие из ее нижней, прибрежной части, из зоны, которая заселялась уже в XVII столетии.

Свежий ветер широкого водохранилища овевает старейшую Успенскую церковь... История храма и всей набережной описана нами в статьях об улице Софьи Перовской и Петровской набережной, поэтому на сей раз не будем повторяться, а скорее поспешим на улицу Карла Маркса. Прежде она подходила к церкви; теперь же, после сноса в 1970-х годах самых нижних домов, выглядит несколько оторванной от храма и сразу начинает взбираться на высокую кручу. Резкий и неравномерный ступенчатый подъем, узкий проезд... Из-под асфальта обнажается булыжник, буйствует трава. Несмотря на «вкрапления» больших коттеджей, в основном мы видим по сторонам небольшие домики. Под № 10 - старинное двухэтажное строение, бывший дом крестьянина А. А. Рыжкова, построенный в 1895 году. Типичный уголок скромного, тихого, по-своему необычного приречного Воронежа...

Впрочем, было время, когда район нижней части улицы выглядел очень оживленным. Это - памятное место, связанное с эпохой Петра I; здесь, у подножия холма и на его склонах в 1690-х годах селились строители военного флота. Тогда рядом с православной Успенской церковью стала соседствовать населенная иностранцами Немецкая слобода с двумя деревянными лютеранскими кирхами. Нравы и обычаи чужеземцев, их раскованное поведение часто поражали воронежцев. Девичий монастырь, стоявший на соседней горе, вскоре пришлось переносить на край города...

В XIX - начале XX века приречный отрезок улицы часто называли Успенским переулком по церкви. Употреблялся и топоним «Малая Успенская улица».

У пересечения с улицей Таранченко подъем заканчивается. Здесь воистину оказываешься на «перекрестке истории»: сзади вас еще не отпускает мир древних холмов, а впереди вы уже угадываете город, кишащий новостройками и автомобильными потоками. И на двух углах одного и того же перекрестка уживается башня старинного здания и вертикаль новейшего многоэтажного дома... Дальнейшее нагорное продолжение улицы - уже более «цивилизованное», более широкое. Но и оно очень давнее. Еще до того, как сложился очередной интересующий нас уличный участок, - еще с XVII века в районе нынешнего Каменного моста обитали жители Ямской слободы. В слободе царили хлопоты о лошадях и конных экипажах и разговоры о том, какой народ ездит из Воронежа и в Воронеж. Слобода имела свою деревянную церковь, впоследствии, в XVIII веке, замененную теперешним кирпичным Воскресенским храмом. Рядом со слободой был выезд на полевую дорогу в сторону Москвы. Здесь же Воронеж не раз встречал высоких гостей. Но дорога внутри воронежского посада - от крепости (а впоследствии из духовного центра города, оставшегося на месте крепости) и до Московских ворот - долгое время шла не по линии современной улицы Карла Маркса, а наискосок, напрямик, вплоть до середины XVIII века она захватывала только часть сегодняшней улицы (между ул. Дзержинского (Д. К.) и Театральной). Как раз к середине XVIII века сложилась и та нагорная улица, на которую мы ступили, поднявшись по косогору. В «дорегулярном» городе она была узкой и кривой. Начинаясь у бровки холмов, пролегала через Ямскую слободу и завершалась Московскими воротами земляного вала, который тянулся по линии Театральной. Скорее всего, до 1773-1774 годов улицу называли Московской, так как после, при реконструкции и выпрямлении, она получила наименование Старой Московской (а новая дорога на Москву стала проходить по современной ул. Плехановской).

На «дорегулярной» Московской улице выделялась богатая и обширная усадьба купца Василия Постовалова - в квартале, где теперь дом № 35. Купеческий дом, показанный на плане города 1750-х годов, стоял торцом к улице. При этом противоположная сторона усадьбы была обращена к Пятницкой церкви, на строительство которой семья Постоваловых пожертвовала большие деньги, и к торговой площади, расположенной около храма. А одним из первых капитальных домов на выпрямленной Старой Московской был дом врача И. Ф. Кнобина - примерно на месте правой части современного здания института «Гипропром». В 1780 году Кнобин получил «билет» на свое «жилое место, состоящее в Воскресенском приходе, идучи от городового вала на левой стороне угольное место», где надлежало вместо старого деревянного строения поставить новое кирпичное.

В конце XVIII - начале XIX века Старая Московская, приближенная и к духовному центру города, и к торговому, но в то же время проходящая немного в стороне, обладающая уютом, становится престижным местом для строительства одноэтажных и двухэтажных домов, в основном кирпичных, принадлежащих купцам и состоятельным чиновникам. Вот некоторые домовладельцы этого времени. В приходе Никольской церкви имела хороший кирпичный дом и другие строения купеческая семья Сахаровых. Братья Максим и Алексей Сахаровы получили имение в наследство от отца Сергея Сахарова в 1796 году. Впоследствии двухэтажным домом владел сын Алексея, Александр. А у перекрестка, где в будущем появился Каменный мост, стояли дома губернских архитекторов И. И. Волкова и В. Б. Белокопытова. В доме Волкова некоторое время, до строительства собственного здания, снимала помещение лютеранская церковь. После 1810 года домом Белокопытова владели братья-купцы А. Д. и И. Д. Золотаревы, а от их наследников усадьба перешла в 1846 году к купцу С. Л. Кряжову, будущему крупному вино-промышленнику, городскому голове и строителю первого воронежского водопровода... В 1825 году на пересечении с нынешней улицей Таранченко было сооружено кирпичное здание Мещанской полицейской части. Первоначально композицию этой постройки завершала деревянная пожарная каланча, стройная и круглая в сечении, поднимавшаяся на самом углу, на краю бугра, откуда караульный наблюдатель просматривал нижние кварталы города.

Замечательный символ старого Воронежа, одна из главных достопримечательностей улицы - Каменный мост - возведен в 1826 году, при реконструкции перекрестка с нынешними улицами Орджоникидзе (Воскресенской), Чернышевского, Первомайской. Прежде овраг, по которому сбегает вниз улица Чернышевского, подходил к перекрестку очень близко, мешая поезду. В распутицу это место становилось чрезвычайно опасным, и, по свидетельству мемуариста, воронежского архитектора С. И. Соколова, в народе его даже прозвали «Волчьей ямой» - или потому, что многим довелось здесь «тонуть», или оттого, что рядом с ней находился дом архитектора Волкова. Но вот верхнюю дорогу укрепили - засыпали яму, возвели подпорные стены. А спуск на улицу Чернышевского, наоборот, углубили и выровняли для удобства проезда и перекинули над ним небольшой, но мощный, крепко стоящий горбатый мост. Он был первым в городе мостом, сложенным не из дерева, а из кирпича (или, как говорили тогда, из камня) - поэтому его и назвали Каменным. Во второй половине XIX века вечерами и ночами на мосту и под мостом горели керосиновые фонари. Вблизи моста стояла полицейская будка.

На протяжении позапрошлого столетия на Старой Московской продолжала уплотняться застройка. В конце XIX -начале XX века (тогда улицу чаще называли сокращенно: Старо-Московской) некоторые старые здания, выдержанные в стиле классицизма, расширяли, перестраивали в формах эклектики и модерна. На популярной в городе улице обосновались различные учреждения, в том числе благотворительные, учебные, медицинские.

У Каменного моста, в доме, пожертвованном в 1860 году купцом В. А. Лашкиным, разместился Александрийский детский приют. В 1898-1900 годах для приюта построили новое обширное здание с домовой церковью. Над мостом возвысилась угловая пирамидальная башня, увенчанная луковицей и крестом. Преобразилась и Мещанская часть. Обветшавшая через полвека деревянная каланча начинала раскачиваться во время сильного ветра, так что полицейскому приставу приходилось снимать с вышки караул. Поэтому в 1874-1875 годах к зданию пристроили слева новую, каменную и гораздо более высокую каланчу, в облике которой было подражание ренессансу, а старую башню разобрали. Усадьба полицейской части, перешедшая в 70-е годы XIX века в ведение городской управы, связана и с другими страницами истории местного быта. Например, в 1877-1879 годах в здешнем флигеле помещался ночлежный приют.

И по сей день на углу площади Никитина стоит старое здание театра. В 1886 году городское самоуправление перестроило театр, сделав парадный вход со стороны Старо-Московской улицы - так ее история тесно соединилась с культурной жизнью горожан. А напротив театра вплоть до 1920-х годов существовала «биржа» (стоянка) легковых извозчиков.

В 1898-1900 годах был переделан и расширен под городской ломбард дом, подаренный городу братьями-купцами Ляпиными, - здание напротив Александрийского приюта, на другом углу у Каменного моста. Ломбард служил хорошим подспорьем для не очень богатых воронежцев. В 1904-1905 годах здание еще больше увеличили в размерах (и в высоту, и в длину).

В конце XIX - начале XX века на отрезке улицы от Каменного моста до театра размещались также многие другие учреждения и некоторые торговые заведения. Возле моста, на третьем углу перекрестка (на месте нынешнего четырехэтажного дома с аптекой) можно было видеть двухэтажный дом с невысокой, но массивной башней-куполом, которая гармонировала и с Воскресенской церковью, и с башней Александрийского приюта. Это был дом купца И. Н. Замошникова, перестроенный хозяином в 1897-1898 годах. В 1900-х годах в нем открылась частная музыкальная школа Е. Н. Ермолаевой. Около 1910 года начальником этой школы стал пианист Ю. Е. Иллютович, он и руководил ею вплоть до 1918 года. В том же квартале в одном из зданий размещался филиал Петербургского страхового общества... Одно из самых высоких зданий, принадлежавшее мещанке П. И. Ефимовой, выросло в конце 1890-х годов на углу с современной Театральной улицей (на месте левой части института «Гипропром»). Дом имел три этажа и небольшой угловой купол; первый этаж, по данным начала 1910-х годов, арендовала булочная персидского подданного А. А. Петросова. В квартале напротив, на месте теперешней «хрущевки», что стоит левее драмтеатра, во дворе своей усадьбы содержал типо-литографию купец В. Д. Колесников.

Этот же уличный участок облюбовали врачи и аптекари. Бок о бок с В. Д. Колесниковым находилась усадьба провизора М. Г. Вольпяна, где новые дом и флигель были выстроены в 1906 году. Сначала хозяин содержал в усадьбе собственные аптеку и аптекарский магазин, а затем сдавал помещения в аренду аптекарю М. З. Иппу. В другом квартале, там, где теперь здание № 54, состоятельные воронежцы начала XX века пользовались заведением врача Я. К. Яновского - гинекологической и хирургической лечебницей с родильным приютом, а также лечебницей для нервно-психических больных, которую устроил доктор Т. Г. Кроль (напротив нынешней улицы Дзержинского (Д. К.) он имел собственную небольшую усадьбу с двухэтажным домом из смешанного материала и флигелем).

Одна из усадеб по другую сторону Каменного моста принадлежала педагогу и литератору XIX века А. А. Хованскому, издателю журнала «Филологические записки». Его домашний кабинет одновременно служил и редакцией журнала. Усадьба Хованского была четвертой по счету от моста, в квартале слева. В ней стоял (на месте нынешнего здания № 44) низковатый каменный особняк, выдержанный в стиле классицизма, оформленный треугольным фронтоном. Уже после смерти А. А. Хованского (1899 г.) его наследники построили в 1901 году одноэтажный кирпичный флигель левее дома.

На Старо-Московской наблюдалось относительно оживленное гужевое движение. К пожарной части и обратно двигались пожарные обозы. Через улицу пролегали и два пути к берегу реки (спуски от Каменного моста и от здания Мещанской части). В собственных экипажах разъезжали и богатые жители самой улицы, имевшие во дворах конюшни и каретные сараи. Частая езда приводила к порче мостовой, которая устраивалась в 20-40-е годы XIX века. Впоследствии на подобных воронежских улицах стали практиковать не только перемощение, но и устройство шоссе (так тогда называли дорожные насыпи из щебня) вместо булыжной мостовой. Так, в 1880 году было насыпано новое шоссе от Каменного моста до Мещанской части. В 1873-1874 годах на Старо-Московской проложили первые водопроводные трубы, а первым зданием, охваченным водопроводом, стала Мещанская часть.

Дух дореволюционной Старо-Московской удачно передает рисунок известного воронежского художника Л. Г. Соловьева, выполненный в 1882 году. Он красовался на всех полисах «Воронежского общества взаимного от огня страхования» и изображал, как пожарная команда мчится от Мещанской части к Каменному мосту, поднимая клубы пыли. На рисунке показан и сложившийся исторический облик улицы - гармоничный ряд особняков (в том числе А. А. Хованского) с пожарной каланчой.

При Советской власти одной из первых перемен на Старо-Московской стало преобразование в 1918 году Александрийского приюта в Дом детей имени Карла Маркса. В том же году и улица получила имя крупнейшего немецкого социалиста. Пока не удалось выяснить, раньше или позже переименования улицы заменили название приюта. В первом случае получается, что имя всей улицы могли скопировать с имени детского дома...

После Гражданской войны на бывшей Старо-Московской муниципализировали более 20 усадеб. Большинство жилых домов заняли советские квартиросъемщики, в том числе объединенные в жилищные товарищества «Светлое будущее», «Мир», «Идея», «Пролетарий», «Новый быт», «Паровоз», «Пчелка» и в кооператив инвалидов. В 1935 году кварталы в округе Каменного моста впервые были охвачены общественной канализацией.

В 1930-е годы XX века в этой части улицы Карла Маркса появился первый многоэтажный дом. В целом же перед Великой Отечественной войной она оставалась застроенной преимущественно старыми особняками, многие из которых удалось восстановить и после войны.

Несмотря на то, что в конце 1950-х -начале 1960-х годов на улице поставили несколько «хрущевок», вплоть до конца 1980-х годов кварталы в районе Каменного моста сохраняли приятный дух старого города, красивого и уютного. Его не нарушало и выборочное новое строительство невысоких зданий. Например, на пересечении с улицей Таранченко построили комфортабельное гостиничное здание в два этажа, предназначенное для самых высокопоставленных гостей города, в том числе иностранных. В обиходе гостиницу прозвали «Пароходом», или «Корабликом». В июле 1972 года здесь останавливался кубинский лидер Фидель Кастро, а в октябре того же года - шахиншах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви с шахиней Фарах Пехлеви.

Очень жаль, что в течение 1990-х и начала 2000-х годов былой дух улицы утрачен из-за непродуманного сооружения огромных многоэтажных домов, диссонирующих с ритмом старой застройки. В 1992 году был снесен флигель Хованских, и затем позади него и соседнего дома № 46, на бровке холма вырос неуклюжий пятиэтажный офис. В 2000 году разобран и дом № 46 - бывший особняк коллежского асессора П. В. Иванова, памятник архитектуры начала XIX века, после чего началось сооружение громадной парадной части офиса. Она совершенно неуместна в древнем квартале Ямской слободы и зрительно подавляет историко-архитектурное окружение Каменного моста. С зимы 1997-1998 годов развернулось строительство жилой многоэтажки вблизи перекрестка с улицей Кости Стрелюка, за домами № 40 и 44, опять-таки на краю холмов. Высокий дом взметнулся и на противоположной стороне улицы, на самом углу перекрестка. В 2000 году началось строительство еще двух крупных ультрасовременных жилых зданий - на углах с улицами Таранченко и Дзержинского (Д. К.)...

Не так давно по радио прозвучала передача, в которой справедливо критиковалось превращение этой и соседних улиц в «каменные джунгли». Но как неприятно резанули слух слова жительницы Воронежа о том, что теперь она «стала меньше любить свой город, меньше гулять по нему»!.. Разве мы меньше любим свою мать или своего отца после того, как они заболевают? Нет, мы еще больше оберегаем их... Так и «подпорченная» улица - теперь она требует особенной нашей заботы. Любопытно, что в январе 2001 года новый глава города А. Я. Ковалев провел совершенно необычную первую планерку: прошел вместе с несколькими высокопоставленными чиновниками по району улицы Карла Маркса и указал им на допущенные в предыдущие годы градостроительные непорядки...

Что ж, давайте воспринимать улицу такой, какой она стала, со всеми ее контрастами, с яркими «всплесками» оригинальной новейшей архитектуры; давайте больше помогать ей; давайте, в конце концов, радоваться, что город ушел и от строительства по невзрачным типовым проектам, и от повального сноса старины. Несмотря ни на какие невзгоды, все основные исторические достопримечательности улицы уцелели, многие дома охраняются как памятники - и это достижение последних лет...

Вы можете начать свое близкое знакомство с улицей с осмотра двухэтажного дома № 40 - видимо, самого старого из сохранившихся на бывшей Старо-Московской. Он приближенно датируется концом XVIII века. Можно предположить, что особняк был построен купцом Сергеем Сахаровым, а с 1796 года перешел к его наследникам. С виду дом неприметен, но после пристального обследования обнаруживаются сводчатые подвалы, сложенные из болшемерного кирпича, и уцелевшие на заднем фасаде элементы классицистического декора. Еще важнее, что это - памятник истории, «помнящий» представителей старой городской интеллигенции. С 1861 года дом принадлежал врачу А. К. Тобину (он возглавлял воронежскую больницу), с середины 1870-х годов - обладателю той же профессии В. М. Резникову (был известен как санитарный врач города). По данным 1907 года, здесь размещалась частная контора техника-архитектора, изобретателя П. И. Медведева, по проектам которого возведены многие крупные дома в городе. История дома связана с городской топонимикой (см. статью об ул. К. Стрелюка).

По-прежнему стоит на улице один из ее «талисманов» - бывшая Мещанская часть (д. № 32), ставшая редким памятником эпохи ампира. Жаль только, что в 1940-е годы при восстановительных работах искажена, принижена поздняя пожарная каланча. Не в полной красе дошел до нас и замечательный особняк под № 35, сложенный в первой половине XIX века и перестроенный купцом А. А. Клочковым в 1896-1897 годах. Остались в прошлом мощный металлический купол 90-х годов и другие детали, но все же фасад радует нас своим изяществом. Очень интересен дом № 41 (конец XVIII - начало XIX в.) - прежний дом С. Л. Кряжова, где городской голова и крупнейший воронежский благотворитель XIX века жил в течение 1846-1888 годов, до самой своей смерти. Дом привлекает внимание характерной для классицизма обработкой фасадов (замковые «камни» над окнами первого этажа, сандрики и нарядная лепнина по второму этажу). Теперь здесь - Союз композиторов. Около дома Кряжова, почти вплотную к Каменному мосту примыкает бывший ломбард (№ 43), а напротив - усадьба мещан Герасимовых: дом 1902 года (№ 48) и флигель 1904 года (№ 48 б).

Как и горожане позапрошлого века, не спеша переходим по горбатому Каменному мосту... Теперь и он, и его подпорные стены венчаются оградой, установленной в 1983-1985 годах. По краям - эффектные светильники. Мост, как и встарь, проезжий, выдерживающий даже нагрузку тяжелых грузовиков. Он обрел и новый смысл. В наши дни сюда подъезжают свадебные «кавалькады», и счастливые женихи, выходя из автомашин, по традиции переносят через мост невест... За мостом - романтическое здание Александрийского приюта (№ 45). После Великой отечественной войны над зданием соорудили другую башню по типу старорусских шатровых построек: она придает нарядный, праздничный вид всему уголку города. В 1978 году на башне укрепили шпиль с парусником - символом эпохи кораблестроения в Воронеже.

Далее нам никак нельзя пройти (увы, с болью) мимо бывшего дома купчихи У. И. Перетокиной, точнее, того, что от него осталось (№ 58). Дом был построен в третьей четверти XIX века, а в 1911 году он получил прекрасную обработку в стиле модерн при новой владелице, жене потомственного почетного гражданина М. Д. Резниковой. В 1998 году снесли состыкованный с ним флигель дворянки Е. Н. Быковой (№ 60, 1901 г.) и на углу с улицей Кардашова начали строительство многоэтажного жилого здания, местами стилизованного под модерн. В 2000 году сам особняк Перетокиной - Резниковой лишился всех стен, кроме передней. По проекту только этот фасад включается в композицию новостройки, превращаясь, таким образом, в «декорацию», лишенную исторического смысла. Уничтожены и уютная арка с «домодерновыми» клеймами кирпичей XIX века, и очень старые сводчатые подвалы, куда белогвардейцы, захватившие город в 1919 году, заточили нескольких советских работников...

В сравнении с жилыми «хрущевками», стоящими на углах с улицей Кардашова, выглядит более выразительным, хотя и строгим в оформлении, еще одно здание хрущевской поры (№ 68, 1950-е гг.). Непродолжительное время в нем размещался совнархоз. Ныне это - проектный институт «Гипропром».

Перемещаемся еще дальше и попадаем к началу следующего исторического отрезка улицы Карла Маркса...

За старым городским валом - в районе площади Никитина и немного северо-западнее - улица впервые начала складываться в первой половине 1770-х годов. А при осуществлении генплана 1774 года она еще более удлинилась: к началу XIX столетия - до современной Кольцовской улицы, к середине того же века - до края города, до Чугуновского кладбища.

Перейдя площадь Никитина, мы ступаем на бульвар, который пресса недавно стала называть «воронежским Арбатом» с подачи городских властей. Здешняя местность имеет давние традиции зеленой «прогулочной» улицы.

Первоначально весь этот северо-западный участок (начиная от площади) причисляли к Старой Московской. Но уже к середине XIX века чаще употребляли другой топоним: Садовая, или Большая Садовая. Улица стала примечательна не только обширными садами внутри дворянских и купеческих усадеб, но и первыми бульварными полосками - палисадниками, устроенными перед домами. Улица была широкой, но не магистральной - поэтому именно на ней стало возможным такое нововведение.

Когда и по чьему велению были разбиты палисадники? Как ни удивительно, этого не смогло выяснить даже дореволюционное городское самоуправление, когда в 1901 году возник спор с участием домовладельцев Большой Садовой, полицмейстера и гласных думы: кто же должен заботиться о зеленых уголках? Городской голова А. Н. Безруков заявил, что земля несомненно принадлежит городу, но «в архиве городской управы не нашлось никаких сведений о том, на каких именно условиях земля эта уступлена под палисадники и на чьей обязанности лежит исправление их».

На детальном плане Воронежа 1851-1852 годов палисадники уже показаны, а топоним «Садовая» мы встречаем в документах еще раньше - в 1840 году. Скорее всего, палисадники появились после того, как губернская администрация потребовала привести город в пристойный вид в связи с открытием в 1832 году мощей св. Митрофана. Вероятно, одновременно с озеленением проводилось и мощение улицы...

Следующие крупные благоустроительные мероприятия пришлись на вторую половину 1870-х и начало 1880-х годов. В 1875 году решили начать прокладку водопровода по Садовой. Но самое пристальное внимание к этой улице проявили в связи с тем, что на ней во время дождей собирались воды со многих улиц. В 1878 году на Садовой сделали сточную трубу, выложенную из камней, и по ней вода устремлялась в сторону канавы Лесной улицы. В 1880 году для перемощения улицы городская дума создала специальную комиссию. Немного увеличили уклон улицы, водосток повернули на Грузовую (нынешнюю Студенческую) улицу, насыпное шоссе заменили мостовой, укладывая камни новым для Воронежа и более надежным способом (перевязкой).

В 1907 году, когда проектировали установку памятника И. С. Никитину в начале улицы, всерьез заговорили о настоящем бульваре. Гласный В. Г. Веселовский предлагал назвать его Никитинским и доказывал, что первую его часть, между Большой и Малой Дворянской улицами, следует устроить сразу же, истратив деньги из суммы, собранной на памятник. Увы, на бульвар дореволюционная городская казна так и не потянула. Хуже того, к началу Первой мировой войны пришла в негодность мостовая. В 1914 году по Большой Садовой начали укладывать трамвайные рельсы, создали лишние препятствия для пешеходов, но трамвай так и не был пущен.

Во второй раз крупный план устройства бульвара вынашивался в первой половине 1930-х годов. Бульвар собирались довести до самого конца улицы, до Чугуновского кладбища, но желали сохранить и автомобильное движение, заметно усилившееся в то время. Замысел был таков: центральная зеленая полоса - на месте прежней мостовой, по бокам от нее -две новые раздельные мостовые. «И Воронеж может иметь прекрасный бульвар, который по своей длине и ширине не уступит ни Бибиковскому в Киеве, ни Тверскому в Москве, ни бывшему Конногвардейскому в Ленинграде», - писала газета «Коммуна» в 1933 году. Но и на сей раз проект не реализовали, а мешавшую автомашинам Никитинскую скульптуру перенесли в Кольцовский сквер. В 1939 году завершили асфальтирование улицы Карла Маркса (включая и основную часть бывшей Старо-Московской). В начале 1950-х годов асфальт восстановили.

В послевоенные 1940-1950-е годы на улице высадили как никогда много зелени. Архитектор Н. В. Троицкий еще в 1960 году восхищался: «Пройдитесь в весенний день по улице Карла Маркса! Как хороша она в это прекрасное время года - с сомкнутыми кронами деревьев, с цветущими кустами боярышника, жимолости и сирени!». Но только во второй половине 1960-х годов городские власти исполнили давнюю мечту воронежцев -превратили в пешеходный бульвар участок между проспектом Революции и улицей Ф. Энгельса, вернув при этом на исконное место памятник Никитину. В дальнейшем, в конце 1970-х - начале 1980-х, бульвар продлили еще на три с половиной квартала.

В 2002 году благодаря заботе городской и районной администраций бульвар привели в полный порядок - поставили новые прочные светильники и зажгли все старые, удалили переросшие больные деревья. Вновь появились скамейки и урны там, где они исчезли лет за 10-15 до этого. В начало бульвара перевели из других мест города стихийную торговлю произведениями художников и старыми книгами. Работает летнее кафе... «Воронежский Арбат» окружен хорошей аурой, которую создают и памятники старины, и поздние постройки. Давайте же отправимся в путь по бывшей Большой Садовой, посмотрим, какие интересные здания стоят на ней, а каких уже давно нет...

В начале того квартала, где нынче кинотеатр «Пролетарий», в конце XVIII - XIX века сформировалась усадьба с угловым двухэтажным каменным домом. По воспоминаниям архитектора-старожила С. И. Соколова, в 1814 году усадьба принадлежала домовладельцу Касимовскому. А с середины XIX века, как явствует из архивных документов, она перешла к зажиточной купеческой семье Шуклиных. Состояние семьи складывалось из доходов от бакалейной торговли и от сдачи в аренду нескольких других домов, которые эти купцы имели ранее в городе. Первым известным владельцем описываемой усадьбы в документах показан А. Ф. Шуклин. В дальнейшем вплоть до революции имением распоряжались его потомки. Стены бывшего дома Касимовского повидали на своем веку и гостиницу, и магазин... В 1902-1903 годах потомственный почетный гражданин Н. Т. Шуклин, внук А. Ф. Шуклина, построил со стороны Садовой крупный доходный дом - первое жилое здание Воронежа, которое имело четыре этажа. Оно сохранилось и поныне (№ 70). В его эклектичном облике особый интерес представляет навес над парадным входом - с чугунными литыми деталями мощных опор. В советское время здание постоянно занимали крупные административные учреждения. С 1924 или с 1925 года - губкоммунотдел, в 1930-х годах - облзу (областное земельное управление). С начала 1960-х годов - областной финансовый отдел (теперь управление) и одновременно с 1967 года - облоно (областной отдел народного образования, теперь управление)... Неподалеку от дома Шуклина, между двумя полосатыми девятиэтажками, время сохранило еще один памятник старины - особняк дворянина М. М. Сомова (№ 72, 1912-1913 гг.), в котором в 1915-1917 годах жил поэт С. Я. Маршак.

На другом углу - там, где теперь стоит пятиэтажный дом с магазином «Нива» и кафе «Старый город», - в начале XIX века простиралась обширная усадьба купца Д. Ф. Кривошеина, очень богатого предпринимателя. Достаточно сказать, что он обладал в городе 16 имениями, 5 из которых были постоялыми дворами на базарной площади! На углу Старо-Московской (тогда еще не Садовой) улицы он имел главный, двухэтажный каменный дом. За домом тянулся сад с 250 яблонями, грушами и другими деревьями; большие створчатые ворота вели из сада на будущую Садовую улицу. После смерти купца, в конце 1820-х годов, его вдова А. И. Кривошеина сдала усадьбу в контрактное содержание провизору Коху. Когда кончина постигла и ее, аптекарь купил это имение с торгов, оформив владелицей свою жену Е. Д. Кох в 1833 году. Семья Кохов впервые начала распродавать слишком большое владение по частям. Впоследствии, в 1870-1880-е годы, две части прежней усадьбы - самая угловая и соседняя по Садовой - принадлежали действительному статскому советнику Ф. А. Кундасову. Еще позже, в 1908 году, от купцов А. Ф. и Н. Ф. Петровых оба домовладения перешли к зубному врачу Л. В. Кричевскому, он и оставался собственником вплоть до Гражданской войны. В угловом доме долгое время размещалась гостиница (судя по материалам 1890-1900-х годов, она имела название «Петербург»). В 1910-е годы то же здание занимали магазины (мебельный А. Лейкина, готового платья И. Бабицкого и др.). Теперь этого дома нет, но и по сей день цел стоявший правее него бывший жилой дом Кричевского, украшенный элементами модерна (№ 51). Его перестроили в начале XX столетия из старого флигеля XIX века, а вид он имел еще более нарядный, чем теперь (балконы и металлический купол на крыше утрачены).

Минуя дом Кричевского, мы подходим к самому старому и уникальному зданию на всем бульваре. Это - дом № 55, который известен как «Дом полицмейстера», или как «Дом Мартынова». Жилое здание построено в начале 1770-х годов (уже обозначено на плане Воронежа 1773 года). Давними хозяевами особняка были Нечаевы - купеческо-дворянская семья. Установлено, что в начале XIX века дом принадлежал городскому голове, купцу Т. И. Нечаеву. А после его смерти, вероятно, в 1820-х годах, его сын Н. Т. Нечаев перестроил здание в стиле ампир, добавив крупный портик с коринфскими колоннами. Тогдашний облик дома немного отличался от нынешнего: в мезонине имелись полуциркульное окно и небольшой балкон, а колонны выглядели более изящными за счет тонкого слоя штукатурки.

Именно Н.Т. Нечаев был первым представителем своего рода, кто добился для себя и ближайших членов семьи перехода из купеческого сословия в дворянское. Архивные документы позволяют воссоздать интересную судьбу этого человека. В 1833 году он вел оптовую торговлю для Петербургского порта и временно исполнял должности бургомистра и городского головы. И предложил «выдавать ежедневно бедным по 3600 фунтов печеного хлеба по 4 копейки, а совершенно неимущим по 480 фунтов безденежно». И сам внес значительную сумму в пользу неимущих. За такой «благотворительный подвиг» император Николай I наградил его золотой медалью, и в результате Нечаева внесли в первую часть родословной книги воронежского дворянства. В 1837 году император пожаловал Нечаеву и его роду герб, где присутствовали изображения пылающего сердца и плывущего корабля... Значимость сей персоны подчеркивал и облик лучшего дома на улице.

Судя по документам второй половины 1850-х годов, при наследниках Н. Т. Нечаева дом стала арендовать городская полиция - очевидно, отсюда и повелось название «Дом полицмейстера». С 1897 года по начало XX века здание принадлежало врачу, народовольцу С. В. Мартынову; в это время в нем бывали другие известные общественные деятели и революционеры. После восстановления здания в 1940-е годы в нем разместили Дом пионеров и школьников, а после реставрации с 1993 до 2001 года здесь находился областной комитет по культуре.

Поначалу усадьба Нечаевых тоже была очень обширной, доходила до угла Мало-Дворянской улицы (Ф. Энгельса). Но в дальнейшем угловая часть имения стала отдельной усадьбой и не раз переходила из рук в руки. Там главным ориентиром был старый двухэтажный дом на углу - в стиле классицизма, с небольшим портиком и балконом на втором этаже. В 1861 году купец С. И. Иванов купил этот дом у купца Л. А. Кряжова, но в 1870 году продал его сыну Л. А. Кряжова - городскому голове С. Л. Кряжову. В середине 1900-х годов, когда владельцем был уже дворянин С. М. Сомов, в доме разместилась частная женская гимназия М. П. Кожевниковой, для чего здание пришлось расширить. Отныне этот уголок улицы был на века предназначен для учащихся и учащих. После революции гимназию преобразовали в два учебных заведения: 31-ю советскую трудовую школу 1-й ступени и 11-ю школу 2-й ступени. В 1930-е годы здесь размещалась школа № 5, а затем школа № 13, в которой учился будущий герой войны В. И. Куколкин и которую окончил в 1941 году будущий ученый-физик, разработчик лазеров, Нобелевский лауреат Н. Г. Басов. После войны старый дом вновь восстановили под школу, а затем снесли его и выстроили на его месте большое типовое здание школы № 58, открывшееся в 1962 году. Пионерской дружине этой школы присвоили имя В. И. Куколкина. В школе были образованы параллельные старшие классы с углубленным изучением математики, так что по числу учащихся она стала самой крупной в центре города. С 1999 года учебное заведение называется гимназией имени Н. Г. Басова при ВГУ, но многие горожане привычно именуют его 58-й школой...

Пересечем теперь улицу Фридриха Энгельса, подойдем к другому кварталу. Коробка крупного довоенного жилого дома, стоявшего на левой стороне улицы Карла Маркса, в течение послевоенных 1940-х и начала 1950-х годов была перестроена в здание энергетического техникума, а с 1979 года здесь действует институт физкультуры (д. № 59). Напротив института - образец постройки в стиле конструктивизма, бывший сахаротрест (начало 1930-х гг.) Ныне это - офис налоговой полиции. В 1997 году модернизирована парадная часть здания. А соседняя поликлиника представляет собой бывший дом потомственного почетного гражданина Ф. И. Полянского (№ 82, конец XIX в.). В 1908 - 1910 годах дом арендовало реальное училище В. М. Чернозубовой, и в нем учился цирковой артист А. А. Дуров, сын А. Л. Дурова.

На углу с улицей Никитинской - чудесное здание лютеранской кирхи, освященной в 1819 году во имя св. Марии, яркий памятник стиля ампир, ныне занятый одним из подразделений Горэлектросети (№ 65). Под тем же номером - здание администрации Горэлектросети, это прежний усадебный флигель лютеранской общины (конец 1820-х - начало 1830-х гг., второй этаж надстроен в 1950-х гг.).

Рядом сохранились постройки знаменитого товарищества механического завода «В. Г. Столль и К°» (в недавнем прошлом - завод имени Ленина, домовладение № 67). Сначала мы видим два состыкованных производственных корпуса (левее - здание 1907-1908 годов, правее - конца XIX века), в которых теперь арендуют помещения коммерческие фирмы. За ними возвышается крупный сборочный цех (1914-1915 гг.), далее стоит краснокирпичный административный корпус (1915-1916 гг.). До Первой мировой войны завод был крупнейшим в городе. Он слыл известным в России производителем сельскохозяйственной техники и оборудования для пищевой промышленности. В. Г. Столль - выходец из прибалтийской семьи немцев, - которая переселилась в Воронеж, - основал это предприятие в 1869 году. А в 80-90-х годах XIX века он превратил свой большой дом, стоявший в заводской усадьбе, в культурно-спортивный центр города. Организовал здесь в 1882-1883 годах первый велосипедный кружок Воронежа. Большой зал внутри дома служил и для обучения езды на велосипеде, и для катания на роликовых коньках, и для танцев, и для народных чтений...

Вся правая сторона улицы между улицами Никитинской и Студенческой (бывшей Грузовой), вся часть этого квартала была в позапрошлом веке обширной усадьбой купеческой семьи Москалевых. В 1896 году имение перешло к дворянке М. П. Дейнекиной. В 1900 году на углу Садовой и Никитинской хозяйка перестроила флигель, превратив его в большой двухэтажный дом с деревянным верхом. Другие усадебные постройки были развернуты в сторону Никитинской, а по Садовой тянулся сад, лишь на углу с Грузовой находилась небольшая лавка, оставшаяся от Москалевых. В 1910 году дворянка продала часть усадьбы с лавкой, а в феврале 1917 года - и все остальное имение, покупателем которого стала баронесса Е. С. фон дер Ропп. Новая хозяйка не успела построить по Садовой ничего существенного. Вот почему в советское время, перед Великой Отечественной войной, это незастроенное место использовали для возведения крупных жилых зданий. Одно из них радует прохожих красивой аркой с колоннадой (д. № 92 а, 1939 - 1940 гг.).

Следующий большой квартал, который простирается по правой стороне до Кольцовской улицы, состоял из очень многих домов, примечательных исторически. И крайне жаль, что большинство из них снесено, уничтожено относительно недавно - в 1970-х и особенно в первой половине 1980-х годов.

На пересечении с нынешней Студенческой до середины 1870-х годов находилась усадьба коллежского асессора К. А. Константинова. На углу стоял одноэтажный дом с мезонином, сложенный из дубовых бревен и обшитый тесом. Городское самоуправление арендовало его, размещая в нем лазарет Можайского полка. В 1876 году город купил эту усадьбу и использовал ее большое свободное пространство со стороны Студенческой, построив там реальное училище. Старый же дом Константинова по-прежнему предназначался для постоя воинских частей; с конца XIX века и до революции здесь было управление уездного воинского начальника. Обветшавший дом разобрали после Гражданской войны, в 1922-1923 годах. К счастью, на его месте на рубеже 1920-х и 1930-х годов выросло еще более примечательное здание, один из первых советских многоквартирных домов, впоследствии восстановленный в 1950 году (№ 94). Дом зовется «Гармошкой»: такова его планировка, которая в 1929 году принесла автору проекта - Н. В. Троицкому - победу на престижном архитектурном конкурсе и породила топоним, который горожане употребляют уже более 70 лет.

А за «Гармошкой» не так давно тянулась цепь старинных зданий... Наибольшую архитектурную ценность представляли два дома усадьбы купца Н. Н. Вяхирева (№ 98, начало XX в.) - взгляды горожан задерживались и на необычной кирпичной кладке, и на эффектном куполе со шпилем. Очень необычной и привлекательной была и обитательница дома, купеческая вдова Д. Я. Вяхирева, которая после смерти мужа (1909 г.) стала не только наследницей усадьбы, но и директором торговой фирмы «Братья Вяхиревы». Влиятельная и эффектная женщина любила гарцевать по городу на коне, увлекалась собиранием книг. Она предоставляла свой дом для общества народных университетов, для госпиталя воинов, раненных в Первую мировую войну, и даже для собраний революционеров. Содействовала созданию в Воронеже университета и в Гражданскую войну отдала свою мебель в кабинет первого ректора ВГУ... Усадьба утрачена в 1984 году.

А вплотную к приметным вяхиревским зданиям стоял неказистый дом одного из самых замечательных людей Воронежа - А. П. Киселева, педагога-математика и автора прекрасных учебников, переиздававшихся вплоть до 1960-х годов. Став преподавателем реального училища, он купил усадьбу неподалеку, на Большой Садовой, не позднее 1880-х годов, и жил здесь (с перерывами) очень долго, в том числе и в первые советские годы. Его одноэтажный дом был деревянным и обложенным кирпичом. Может быть, именно в нем родилась в 1878 году дочь математика Е. А. Киселева, ставшая прекрасной художницей... Бывший дом Киселевых под № 100 разобран в 1970-х годах.

Близкое соседство по улице В. Г. Столля с А. П. Киселевым вылилось в дружбу заводчика с математиком, а также с еще одним видным педагогом - Н. Ф. Бунаковым. Вот несколько строк из газеты «Дон» за 1884 год: «К 10 часам в доме устроителя праздника В. Г. Столль собрались все велосипедисты... Выйдя из дома на площадку, велосипедисты в количестве 26 человек с велосипедами в руках составили оригинальную группу: бициклисты расположились в виде кольца... две трициклистки и трициклист Н. Ф. Бунаков поместились на своих велосипедах внутри самого кольца... Лишь только г. Столль вошел в кольцо, трициклистки встали со своих велосипедов, а... Н. Ф. Бунаков, снявши фуражку, произнес ему приветственную речь... Кольцо велосипедистов развернулось и длинною вереницею... тронулись велосипедисты церемониальным маршем по тротуарам Садовой...». На Кадетском плацу состоялись соревнования, затем их участники возвратились на Садовую. «Во время завтрака были предложены тосты: 1-й за первого бициклиста в Воронеже и инициатора В-ма Г. Столль, 2-й господином Столль за первого последователя его А. П. Киселева...».

За усадьбой Киселева следующей усадьбой по правой стороне была усадьба его коллеги по реальному училищу - преподавателя математики Г. П. Каченовского. В 1890-х годах у Каченовского стоял в глубине участка двухэтажный деревянный дом. В 1897 году Каченовский уехал в другой город, а новая хозяйка усадьбы Е. А. Бахметьева в 1900-1901 годах построила второй дом - кирпичный, двухэтажный - на красной линии улицы. В 1900-х годах в каком-то из этих двух домов (оба тогда имели № 20) квартировала семья члена Окружного суда И. И. Графа - и вероятно, здешним гостем в 1907 году был видный русский писатель И. А. Бунин, посетивший родной город. Подробности знакомств Бунина раскрыла его вдова в мемуарах; в частности, она писала: «Его пригласили участвовать на вечере в пользу воронежского землячества. У него была близкая знакомая, дочь тамошнего городского головы Клочкова, и, вероятно, она и устроила, что Бунин согласился приехать в город, где он родился, и участвовать в вечере...». Имеется в виду Евгения Николаевна, дочь головы Н. А. Клочкова, она и была женой И. И. Графа... В начале 1980-х годов оба дома (по нумерации тех лет № 102, 102 а) снесены.

Тогда же не стало и соседней, замыкавшей квартал усадьбы, где стояли каменный дом № 104 и на самом углу с Кольцовской улицей двухэтажный дом с деревянным верхом № 106. Дома были выстроены в конце XIX века, принадлежали крестьянину А. В. Украинцеву.

Теперь на месте нескольких снесенных исторических усадеб - ведомственное здание № 96 и многоэтажный жилой дом под новым № 98 (его правое крыло заселено в 1995, а левое, угловое, в 1997 году).

Мы приближаемся к концу улицы - и одновременно к бывшей окраине города. Когда пересечем Кольцовскую, увидим на левом углу корпус Ново-Берлинского дрожжево-винокуренного завода (1904 г., ныне цех кондитерской фабрики), а за ним - тянущиеся до конца квартала более поздние фабричные цеха. Правая сторона занята «стеной» крупных довоенных и послевоенных жилых домов, и трудно представить, что в cтарину здесь выделялся колоритной архитектурой деревянный дом инженера-механика, многолетнего директора завода «Столля и К°», общественного деятеля и благотворителя С. Н. Коломенкина. В 1899 году появилась пристройка к дому с причудливой башней и очень высоким шпилем (она запечатлена на старинной открытке).

Минуя и этот квартал, подойдем к бывшей Александро-Мариинской глазной лечебнице, построенной попечительством о слепых (относится к ул. Революции 1905 года, № 22). Здание, оформленное в стиле модерн, приняло больных в 1911 году. По своему внутреннему устройству, оборудованию и уровню обслуживания лечебница не имела себе равных в провинциальной России, в чем была заслуга и попечительства, и директора лечебницы, врача А. И. Масленникова. И поныне это - старый корпус областной офтальмологической больницы.

Обратим еще внимание на характерную для своего времени бывшую 59-ю школу, построенную в 1936 году. Теперь школа имеет номер 9 (д. № 69).

И, наконец, проследуем к площади, которая раньше была Чугуновским кладбищем...

«Чугунка» - так до сих пор называют в просторечии район жилых домов, стоящих поодаль (относящихся к ул. III Интернационала).

По мнению некоторых несведущих старожилов, горожане назвали кладбище Чугуновским, или Чугунным, благодаря «чугунке» - проходящей вблизи железной дороге. Но это не так: название употреблялось задолго до прокладки рельсов. Оно связано с купцом и меценатом Самуилом Никитичем Мещеряковым, прозванным Чугунным за могучую силу. В 1808 году на средства Чугунного на кладбище воздвигли большую Вознесенскую церковь, удачно замыкавшую перспективу улицы (храм утрачен). Чугунный пожертвовал деньги и на сооруженную спустя несколько лет, в 1810-х годах, небольшую, но теплую кладбищенскую церковь, которую освятили в честь святого пророка Самуила, увековечив тем самым и имя благотворителя. Городское общество уважало Мещерякова и избирало его головой: он занимал этот пост в 1810-1813 и 1818-1821 годах. Купец прослыл храмостроителем не только в Воронеже, но и в Киеве, где на знаменитом кладбище «Аскольдова могила» похоронили его жену и где на его пожертвования в 1810 году возвели церковь св. Николая, ставшую смысловым центром украинского некрополя.

Киевская церковь уцелела доныне, хотя и изменила свой облик. И в Воронеже, при бывшем входе на Чугуновский погост, в перестроенном виде сохранилась церковь Самуила. Сам же вход узнаваем, прежде всего, по одному из кирпичных пилонов-обелисков (раньше их было два). Кладбищенская ограда с входными пилонами устроена, видимо, одновременно с погостом и Вознесенской церковью; все эти сооружения впервые показаны на планах Воронежа начала XIX века.

Сначала на этой окраине существовал лишь один кладбищенский участок. Потом его расширяли, отводили возле него землю нескольким организациям. И к концу XIX века тихое место стало выглядеть как несколько примыкавших друг к другу кладбищ. Составными частями некрополя были старое и новое общегородские кладбища, а также Больничное, Военное и особое Немецкое (Лютеранское). Приобретение городом дополнительной земли состоялось на основе решения думы 1881 года; на этом участке удалось разместить не только новое общегородское, но и Больничное, и Военное (основанное в 1890 году) кладбища. Немецкое заложили раньше, в 1866 году, оно принадлежало не городу, а лютеранской общине.

Чугуновское кладбище было по своему значению центральным, наиболее престижным и богатым. На нем похоронены многие видные воронежцы: активные члены городского управления и других общественных организаций, деятели культуры и науки. Здесь же погребены участники нескольких войн (Отечественной 1812 года, Первой мировой, Гражданской). Для примера можно назвать такие известные имена, как участник Бородинской битвы генерал А. Н. Марин, городской голова С. Л. Кряжов, художник и этнограф С. П. Павлов, историк Г. М. Веселовский, литератор А. А. Хованский, художник М. И. Пономарев, педагог и психолог П. Ф. Каптерев... Вероятно, на украшенном им уголке земли нашел в 1823 году свой последний приют и Самуил Чугунный.

Увы, некрополь полностью разорен в течение 1930-1960-х годов. После Великой Отечественной войны на его территории появились телецентр, пятиэтажные жилые дома, плавательный бассейн. В 1985 году в центре территории завершено строительство Дворца спорта, названного в честь 400-летия Воронежа «Юбилейным». Здесь проходят не только спортивные состязания, но и крупные концерты с участием многих российских «звезд».

В 1996 году полуразрушенная церковь Самуила освящена вновь - как «храм-памятник воинам-пограничникам». В 2001 году завершена ее реконструкция силами епархии и Западной группы погранвойск. Надстроен второй ярус, а в нижнем сохранились следы старого ампира. Хочется надеяться, что отныне пилон и храм будут вечно напоминать не только о погибших воинах, но и обо всем историческом некрополе.

...В 1918 году Старо-Московскую и Большую Садовую улицы объединили в одну и дали ей имя основоположника научного коммунизма Карла Маркса (1818-1883). В 2002 году решено восстановить для всей улицы название «Старо-Московская», не упраздняя советского имени.

В поселке Краснолесном, при станции Графской, где многие улицы носят такие же идеологизированные названия, как и в центре города (Дзержинского, Калинина, Кирова, Красноармейская, Ленина, Пролетарская, Советская и др.), тоже есть улица Карла Маркса. Более того, на этой улице установлен бюст Маркса.



 
Весь список >>

 
Copyright © 2004 BetatronSV   Web-дизайн, создание сайтов: BetatronSV Studio